Протесты в Кыргызстане и Беларуси: почему у одних «получается», а у других «нет»
вторник, 27 октября 2020 г. 15:16:01
Ильдар Якубов в статье, специально для CABAR.asia, пытается ответить на вопрос о том, почему протесты в двух странах постсоветского пространства приводят к разным результатам.
 
В августе и октябре 2020 года состоялись президентские выборы в Беларуси и парламентские выборы в Кыргызстане. В обоих случаях они завершились массовыми протестами населения, не согласного с их итогами.
 
Если в Кыргызской Республике уже первый день протестов привел к отмене результатов голосования, а в течение последующих нескольких дней – к полной смене политического руководства, включая не досидевшего до конца президентского срока Сооронбая Жээнбекова, то в Беларуси масштабные протесты продолжаются уже свыше двух месяцев, и до сих пор не привели ни к смене правящего режима, ни к пересмотру итогов избирательного процесса.
 
И Кыргызстан, и Беларусь имеют достаточно сходных черт, начиная с общего исторического наследия в виде Советского Союза и заканчивая близкими связями с Россией и участием в ЕАЭС и ОДКБ. Однако постсоветский период закрепил имевшиеся и сформировал новые существенные различия между республиками, которые раз за разом приводят к противоположным результатам протестов и предопределяют дальнейшую динамику политических процессов.
 
В статье предпринимается попытка проанализировать различия независимо от того, каковы будут конкретные результаты нынешних политических кризисов, и спрогнозировать наиболее вероятные перспективы развития политических систем двух стран. 
 
Итак, почему же протесты в двух странах постсоветского пространства приводят к разным результатам?
 
Политические институты: сверхцентрализация vs. демократизация
 
Беларусь и Кыргызстан унаследовали схожие политические системы, доставшиеся в наследство от СССР. Последняя советская Конституция 1977 года определяла единую систему управления в каждой из Советских Социалистических Республик под общим управлением Москвы. Поправки в Конституцию от 1988 года касались демократизации управления и повышения роли Совета народных депутатов; но наиболее важное значение имели поправки 1990 года, согласно которым, в частности, упразднялся пункт о руководящей роли Коммунистической партии, и вместо этого на конституционном уровне закреплялась многопартийность как основа демократического государственного управления.
 
Процессы децентрализации и демократизации создали возможности формирования различий в политических системах республик. В Беларуси стала формироваться парламентская система правления. Однако эти процессы были фактически прерваны в 1994 году, после того как посредством победы на демократических выборах, используя лозунг наведения порядка и борьбы с коррупцией, к власти пришел А. Лукашенко.
 
Окончательное завершение периода демократизации и сопутствующей ей некоторой нестабильности и слабости политической системы связано с конституционным референдумом 1996 года, который из-за многочисленных нарушений оппоненты называют государственным переворотом и узурпацией власти.  
 
А. Лукашенко стремился реанимировать советскую систему управления. После 1996 года политическая система в Беларуси практически беспрепятственно выстраивалась и укреплялась на протяжении почти четверти века, став устойчивой вертикалью, в которой главную роль играют силы безопасности, а принятие всех более или менее значительных решений  замыкается на президенте, чьи полномочия схожи с полномочиями монарха.
 
Сформированная система государственного управления полностью зависит от главы государства. Его способность не допускать ошибок, которые нарушали бы негласный общественный договор – социальные гарантии, стабильность и безопасность в обмен на политические права – становится в этой связи ключевым фактором устойчивости положения.
 
За последнее десятилетие режим А. Лукашенко периодически сталкивается с общественными протестами, свидетельствующими о растущей неспособности выполнять свою часть общественного договора. Однако до лета 2020 года сомнений в способности его системы управления справляться с угрозами режиму не возникало. 
 
Если в Беларуси политические процессы привели от парламентской республики к суперпрезидентской, то в Кыргызстане имеют место попытки выстроить модель демократии, которые к настоящему времени сформировали смешанную систему управления, в которой и президент, и парламент ответственны за принятие политических решений.
 
Вместе с тем «островок демократии» в Центральной Азии не имел целого ряда необходимых структурных предпосылок для осуществления эффективного перехода к декларируемой системе правления. В частности, в стране отсутствовали такие предпосылки, как желательная социальная структура общества, уровень экономического развития, сильные государственные институты. В процессе развития обнаружились проблемы построения новых централизованных политических институтов, неспособность центральных органов государственной власти осуществлять эффективный контроль на всей территории страны.
 
Отличительной особенностью Кыргызстана является и то, что в отличие от Беларуси, представляющей собой единое централизованное государство, Кыргызстан исторически разделен на северную и южную части, что создает дополнительные трудности управления.
 
В этих условиях попытки построения демократического государства перманентно сталкиваются с трудноразрешимой дилеммой политической системы: усиление государственных институтов ведет к авторитаризму, в то время как их демократизация – к дальнейшему ослаблению и угрозе потери управленческого контроля.
 
Печальная судьба всех избираемых президентов Кыргызской Республики служит очевидным свидетельством особенностей функционирования центральных органов власти и политической системы в целом, и одновременно гражданского общества и процессов демократизации.
 
Политическая культура: авторитарный мир vs демократического насилия
 
Помимо политических институтов, важную роль в понимании того, почему протесты в Беларуси и Кыргызстане происходят по разным сценариям, заключаются в политической культуре. Под этим термином подразумеваются широко распространенные убеждения, ценности и нормы, которые определяют отношения между гражданами и правительством, а также гражданами друг с другом. Также, под политической культурой понимается совокупность общих взглядов и нормативных суждений, разделяемых населением относительно политической системы общества, однако она не относится к отношениям конкретных субъектов, таких как президент или премьер-министр, а скорее к тому, как люди рассматривают политическую систему в целом, включая и свою веру в ее легитимность. Политическую культуру можно определить как совокупность базовых ценностей, чувств и знаний, лежащих в основе политического процесса. Следовательно, основой политической культуры являются убеждения, мнения и эмоции граждан по отношению к их форме правления.
 
Одной из ключевых особенностей политической культуры белорусского общества является его принадлежность к Восточной Европе. Беларусь граничит со странами Европейского Союза, Украиной и Россией, и это во многом предопределяет ценности и представления населения.
 
Вместе с тем авторитарный режим правления требует от граждан приоритета «надежности, верности и преданности» главе государства над профессионализмом или качеством навыков. Требование безусловной преданности государственных служащих и особенно сил безопасности приводит затем к несоразмерной жестокости при подавлении протестов.
 
Любого рода сомнения или отказ ведет к репрессиям, как это случилось с теми государственными служащими, которые публично осудили действия правящего режима или выразили несогласие с итогами выборов. «Показательными порками» в ходе нынешних протестов выглядят громкие отставки белорусских дипломатов с уничижительными формулировками и лишением их дипломатических рангов.
 
Частью политической культуры белорусского общества является традиционно преимущественно мирный характер протестов. Это касалось, в частности, и несогласия с результатами президентских выборов 2010 года, и пока характерно для нынешних протестов. Отказ от насилия декларируется как важный принцип и характерная черта политической культуры белорусского общества. Вместе с тем, как показывает практика, данный принцип резко контрастирует с методами правления «последнего диктатора Европы».
 
Новейшая политическая история Кыргызстана включает в себя насильственные смены власти, межэтнические конфликты и перманентные столкновения на границах с соседями. Наряду с хроническими экономическими проблемами это способствовало политической мобилизации и политической активности граждан.
 
Относительно низкая легитимность легальных политических институтов и процессов, в том числе выборов, подчеркивает высокую роль «улицы», которая и дополняет неформальную легитимность политической власти. Готовность к использованию насилия для достижения своих целей приводит к радикализации выступлений и значительному числу пострадавших и жертв столкновений.
 
Помимо этого, существующее разделение республики на север и юг способствует тому, что при любом выборном раскладе в стране останется значительное количество недовольных, которые также будут формировать протестный потенциал.
 
Опыт предшествующих революций в Кыргызстане показывает, что нынешнее стремительное развитие событий не является чем-то необычным для страны, но отражает состояние ее политических институтов и политической культуры.
 
Внешний фактор: в каком случае происходит вмешательство
 
Проживающий в Беларуси экс-президент Кыргызстана К. Бакиев считает, что внешний фактор сыграл главную роль в белорусских протестах. Он обвиняет во вмешательстве Запад. Однако эти утверждения выглядят больше работой пропагандистской машины А. Лукашенко, который после заручился помощью России и перевел противостояние из внутриполитического на уровень биполярного мира эпохи холодной войны.
 
В случае с Кыргызстаном Москва крайне пассивна.
 
Именно Россия выступает в качестве главного внешнего фактора в Беларуси и в целом на пространстве СНГ. Беларусь и Кыргызстан связывает с Российской Федерацией участие в ОДКБ и ЕАЭС – двух ключевых российских интеграционных проектах в сфере оборонного и экономического сотрудничества. Обе республики имеют важное стратегическое значение.
 
Однако реакция России на протесты в Беларуси и Кыргызстане резко отличалась. Москва открыто поддержала А. Лукашенко. Эта поддержка проявилась не только с помощью «мягкой силы», то есть дипломатии, информационно-пропагандистской поддержке, личных встреч президента, премьер-министра, министра иностранных дел, глав регионов России, но и в форме «жесткой силы», при помощи предоставления полуторамиллиардного кредита и силовой поддержки – по сообщениям оппозиции, правоохранительные органы РФ приняли участие в подавлении протестов.
 
В вопросе легитимности белорусского лидера Россия заняла жесткую позицию в отношениях с Западом, наряду с Минском вводя встречные санкции и объявив в розыск оппозиционного кандидата в президенты С. Тихановскую.
 
Россия, вероятно, сыграла решающую роль в «спасении» А. Лукашенко, своей поддержкой компенсируя целую череду стратегических ошибок последнего.
 
Сам А. Лукашенко после первоначальных обвинений и России, и Запада во вмешательстве, перешел к более привычной риторике, обозначив протесты как проявление противопоставления Запада и России.
 
При всей отлаженности государственного аппарата без вмешательства России А. Лукашенко едва ли удержал бы власть. Череда собственных ошибок, особенно очевидных в первые дни протестов на фоне публичных антилукашенковских демаршей дипломатов, массовых протестов и начала забастовок, казалось, указывали на растерянность и растущую беспомощность власти, в то время как выступления руководителя страны разлетались на саркастические мемы. Из-за ошибок президента Беларуси роль России в сохранении его власти возросла до, вероятно, решающей, требующей проактивного курса со стороны Кремля.
 
В случае с Кыргызстаном Москва крайне пассивна. Такая позиция Российской Федерации становится здесь уже традиционной. Перевороты в Кыргызской Республике не сопровождаются нарастанием влияния российского фактора и не влекут за собой прямого вмешательства РФ или КНР. Едва ли можно ожидать, что нынешние события приведут к активизации российской политики в Кыргызстане или Центральной Азии.
 
Причинами различий в позиции России является геополитическое расположение Беларуси и Кыргызстана. Беларусь расположена между Россией и Европейским Союзом, что привлекает к ней повышенное внимание со стороны Москвы и европейских столиц. В ходе текущего кризиса Беларусь превратилась в центральный элемент геополитической борьбы. О том, как далеко готова пойти Москва в защите своих интересов в этой восточноевропейской республике, указывают недавние, 2013-2014 годов, события в Украине.  
 
Кыргызстан также имеет стратегически важное значение для России. Вместе с тем, в Кыргызской Республике и в Центральной Азии в целом не ощущается такого влияния Запада, какое можно наблюдать в Украине или Беларуси. В настоящее время на центральноазиатском направлении Россия сталкивается с иными видами угроз.
 
Но пассивность Москвы не означает ее безразличие. В политике Кремля прослеживается уверенность в том, что кто бы ни пришел к власти и как бы не сформировался внутриполитический баланс сил, ему, как и Пекину, удастся сохранить и обезопасить свои интересы.
 
Россия озабочена лишь в первую очередь сохранением стратегической и долгосрочной стабильности в регионе, и не считает для себя необходимым открыто поддерживать какую-либо из сторон внутриполитического конфликта в Кыргызской Республике.
 
Принцип легитимности, который Москва стремится отстаивать на международной арене, и в том числе, в Беларуси, в силу геополитических причин оказывается не слишком актуальным применительно к ее оценкам событий в Кыргызской Республике.
 
В заключение необходимо подчеркнуть, что, противопоставляя протесты в Беларуси и Кыргызстане, преследуется цель отметить различия в характере протестного движения независимо от того, чем в конечном итоге могут завершиться нынешние белорусские события или какую форму обретут дальнейшие политические процессы в КР.
 
Анализ показал, что основные различия основываются на политических институтах, политической культуре и роли внешнего фактора. И если для Кыргызстана актуальны обсуждения касательно того, чего в политической системе больше, парламентской или президентской власти, то в отношении Беларуси, скорее, вопросы относительно тоталитарного или авторитарного характера правящего режима.
 
Слабые государственные институты Кыргызстана наряду с политической культурой, принимающей право «улицы» и допускающей применение насилия, формируют специфику протестных выступлений в республике и создают возможность быстрой смены власти.
 
Сильные государственные институты Беларуси, опирающиеся на поддержку России, способны справляться с масштабными мирными протестами населения, асимметричным применением силы подавляя возможность их радикализации. 
 
Столкновение интересов России и Запада предполагает более благоприятные условия для развития авторитаризма в Беларуси, а демократизация будет означать угрозу российским интересам и более прозападный курс. В то же время, в Кыргызстане уверенность основных внешних акторов в защищенности своих стратегических интересов в отсутствие геополитической конкуренции создает сравнительно лучшие предпосылки для дальнейшего формирования гражданского общества и демократического государства, оставляя судьбу республики в руках ее граждан. Но слабость государственных институтов и растущее могущество «улицы» могут привести к управляемой охлократии.
 
"Cabar.asia"
Ильдар Якубов
26.10.2020

Другие материалы раздела:
Комментарии
dizel.kg


Публикации Авторов:

25.11.2020
"Platon.Asia"
Возвращение Дариги Назарбаевой в большую политику было ожидаемым - политолог

25.11.2020
K.Karabekov (Ъ)
Кыргызская обновленная республика

24.11.2020
A.Lisitczin (RIA)
"Нами правили водители и телохранители". В Кыргызстане меняют конституцию

23.11.2020
"Platon.Asia"
Триумф демократии

23.11.2020
"Afghanistan.ru"
Соседи по интересам

23.11.2020
"Nezigar" (Telergam)
На фоне череды экономических неурядиц Эрдоган обречен на агрессивную внешнюю политику.

19.11.2020
G.Zotov (AIF)
«Мы не придурки какие-нибудь». Почему русский язык обожают в Кыргызстане?

19.11.2020
"EADaily"
Министры ЕС и Центральной Азии настаивают на прекращении огня в Афганистане

18.11.2020
E.Korotkova (MK.kr)
О внешнем долге Кыргызстана перед миром и Китаем

17.11.2020
P.Akopov (RIA)
Почему Россия ничего не может сделать с осколками СССР

17.11.2020
O.Nessar (Afghanistan.ru)
Афганские шахматы: партия отложена до инаугурации

17.11.2020
"Zakon.kz"
Падение экономики Кыргызстана: подобного не было с 1995 года

17.11.2020
"Echo Msk"
В Кыргызстане снова поменялся президент. Тихо и незаметно

17.11.2020
K.Karabekov (Ъ)
Ходка в президенты. На выборах в Кыргызстане за власть поборются сразу несколько бывших заключенных

17.11.2020
"Caravanserai"
США объявили о финансовой поддержке предстоящих выборов в Кыргызстане

16.11.2020
V.Panfilova, NG
США готовы финансировать киргизские выборы

Все материалы раздела

Самые комментируемые

Комментариев еще нет За послед. 7 дней