COVID-19 в Узбекистане. Хроника событий в условиях пандемии
среда, 12 августа 2020 г. 10:41:41
В середине марта, спустя несколько дней после того, как Всемирная организация здравоохранения признала вспышку коронавирусной инфекции COVID-19 пандемией, первые заразившиеся появились и в Узбекистане. Республика стала второй страной в Центральной Азии после Казахстана, где были обнаружены случаи заражения коронавирусом. Согласно официальным сообщениям, первый случай инфекции выявили 15 марта при осмотре местной гражданки, врача высшей категории, вернувшейся в Ташкент из туристической поездки во Францию.
 
С 16 марта власти стали вводить жесткие административные меры, направленные на недопущение распространения в республике новой вирусной инфекции. В каждом регионе организовывались специальные штабы во главе с хокимами (руководителями областей) и представителями Минздрава, в обязанность которых вменялось анализировать эпидемиологическую ситуацию на основе ежечасных и ежедневных сводок и принимать соответствующие оперативные меры. Медицинские учреждения переводились на особый режим работы, а санатории и детские оздоровительные лагеря должны были перепрофилироваться для работы в качестве карантинных учреждений.
 
Были закрыты все контрольно-пропускные пункты на внешней границе РУз, а с 20 марта приостановлено авиационное, автомобильное и железнодорожное сообщение с другими странами. Правительство распорядилось создать карантинные центры для временного размещения граждан, в основном рабочих-мигрантов, которые будут возвращаться из-за границы специально организованными чартерными рейсами, а также выявленных инфицированных COVID-19 внутри республики. С целью соблюдения карантинных мер подразделениям Минобороны и Национальной гвардии было поручено взять указанные объекты под усиленный контроль.
 
 
Строительство карантинной зоны на 10 тыс. мест в Уртачирчикском районе Ташкентской области
 
Также власти ввели карантин во всех детских садах и образовательных заведениях как государственных, так и частных. Школьники и студенты переводились на дистанционное обучение. Для этого Национальной телерадиокомпании Узбекистана было поручено подготовить и организовать вещание видео-уроков в соответствии с учебным планом. Среди других экстренных мер, принятых местными властями в первые дни, – закрытие всех развлекательных заведений, отмена массовых мероприятий, в том числе традиционно массового празднования 21 марта Навруза.
 
В Ташкенте было приостановлено функционирование общественного транспорта (метро, автобусов и маршрутных такси). Разрешена лишь работа автотакси, которые перед выездом на улицы должны быть продезинфицированы в специальном городском центре санитарно-эпидемиологической службы. С учетом того, что носители коронавирусной инфекции на тот период в основном выявлялись в столице республики, для предотвращения распространения инфекции в других регионах страны был приостановлен доступ в Ташкент на всех видах транспорта из других областей Узбекистана. Чуть позже такие же меры были приняты и в других городах. С 27 марта движение транспорта между областями вообще было полностью приостановлено. А с 30 марта Специальной республиканской комиссией по всей республике введено ограничение на передвижение и на личном автотранспорте, за исключением оговоренных специальным постановлением случаев.
 
Всем предприятиям и учреждениям Ташкента и областных центров, независимо от формы собственности было предписано организовать выход половины состава сотрудников в трудовой отпуск в порядке, установленном законодательством. Оставшиеся сотрудники разделялись на две части: максимально возможная часть должна была работать дистанционно, другая, остающаяся на рабочих местах, – в обязательном порядке носить маски и выполнять все нормы санитарной гигиены. С этого же дня по всей республике вводилось обязательное ношение маски в общественных местах, а с 25 марта в силу вступил порядок наказания за ее отсутствие. Нарушающим грозил штраф в размере одной базовой расчетной величины (223 тыс. сумов, примерно $23), при повторном нарушении штраф составлял три базовые расчетные величины (669 тыс. сумов).
 
С 24 марта были закрыты все непродовольственные рынки и магазины. Разрешение на работу сохранили только продуктовые базары, продовольственные магазины и аптеки. Им было предписано в обязательном порядке оборудовать на входе точки, оснащенные пирометрами для измерения температуры у посетителей и обработки антисептическими средствами, и регулярно проводить на объектах работы по полной дезинфекции. Организации общественного питания обязали заниматься только доставкой блюд в закрытом режиме, не принимая посетителей.
 
27 марта в Узбекистане скончался первый пациент с коронавирусом. Это оказалась 72-летняя жительница Намангана. Умершая контактировала со своей дочерью, которая 12 марта вернулась из поездки в Турцию. У нее также был диагностирован COVID-19, она была помещена в карантин.
 
На фоне ухудшающейся эпидемиологической ситуации в Ташкенте и областных центрах с 1 апреля был введен режим самоизоляции для граждан старше 65 лет. Им было запрещено выходить из дома, исключение сделано для походов в продовольственные магазины и аптеки, находящиеся в непосредственной близости возле их домов. А уже с 6 апреля режим самоизоляции стал обязательным для всех граждан страны, то есть покидать дома можно было только для выхода на работу, совершения покупок в ближайшем магазине или аптеке и посещения врача. При этом в случае выявления нахождения на улице без веской причины составлялся административный протокол и был предусмотрен штраф до 6,6 млн сумов (порядка $600).
 
С начала карантина по 27 апреля (в период самых жестких ограничений) сотрудниками министерства внутренних дел, Госинспекции, Национальной гвардии было составлено 71 028 протоколов о нарушении санитарных правил и гигиенических норм лицами, не носившими маски и нарушившими режим карантина. Были выписаны штрафы на 45,8 млрд сумов (примерно $4,5 млн).
 
С этого же времени Национальная гвардия РУз взяла под контроль более 5 тысяч домов и квартир, где на тот момент проживали граждане, вступавшие ранее в контакт с ковидинфицированными. И на такие исключительные меры были основания. По данным из официальных источников, имели место случаи, когда находившиеся на домашнем карантине люди, нарушая взятые на себя обязательства, посещали общественные места и семейные мероприятия. Более того, отмечались факты, когда уже выявленные инфицированные самовольно покидали карантинные зоны, находящиеся под охраной, и тогда их поиском и задержанием занимались правоохранительные органы. В ряде случаев заводились даже уголовные дела, поскольку местным законодательством за нарушение карантинных мер предусмотрены крупные денежные штрафы (до 22 млн сумов, или более $2 тыс.), а в случае, повлекшем смерть другого человека – лишение свободы на срок от 3 до 5 лет.
 
Практически жизнь как бы остановилась. Улицы Ташкента и областных центров опустели, машин было крайне мало. Службам такси запретили перевозить пассажиров и им разрешалось только доставлять продукты питания, лекарства, медицинские средства, а также другие товары первой необходимости. Водители должны были носить спецодежду (комбинезон), медицинские перчатки и маску.
 
По дорогам в основном передвигались машины скорой помощи, патрульные автомобили милиции и Национальной гвардии, а также пропагандистские машины Минобороны, которые через громкоговорящие устройства призывали граждан не выходить без надобности на улицу и соблюдать масочный режим. Центральные улицы Ташкента периодически обрабатывались специальными машинами дезинфекционными средствами. На ключевых перекрестках города были выставлены заграждения, перекрывающие проезжую часть, которые охраняли наряды милиции и вооруженные бойцы. Блокпосты на въездах в столицу были усилены бронетехникой.
 
 
В конце апреля с учетом положительной динамики развития санитарно-эпидемиологической обстановки (число выявленных инфицированных по всей республике составляло чуть более 2 тыс. человек, суточный прирост в среднем не превышал 30 человек, а умерших было всего несколько) и многочисленных обращений граждан власти приняли решение по поэтапному снятию карантинных мер. В районах и городах с низкими показателями инфицированных и при строгом соблюдении правил карантина разрешалось работать торговым предприятиям непродовольственных товаров, ряду сфер услуг (автосервис, химчистки, нотариальные конторы и страховые компании). Службам такси для перевозки пассажиров разрешили работать в промежутках с 7:00 до 10:00 утра и с 17:00 до 20:00 вечера.
 
Министерству здравоохранения совместно с хокимиятами было поручено определить уровень карантина в каждом районе и городе и оперативно менять эти уровни в зависимости от изменения ситуации на местах. Каждому из них присваивался «красный», «желтый» и «зеленый» уровень в зависимости от опасности распространения коронавируса.
 
А с 15 мая в республике открылись практически все магазины и предприятия, заработал с определенными оговорками общепит, было отменено ограничение на передвижение на личном транспорте и заработал общественный, кроме метро. Через несколько дней возобновилось внутреннее железнодорожное и авиационное сообщение. С дорог убрали блокпосты, и Узбекистан постепенно стал возвращаться к более-менее привычной жизни. Сохранялись только обязательное ношение масок и санитарно-гигиеническая обработка при входе в торговые центры и базары.
 
В этот же период увеличилось количество авиационных вывозных рейсов граждан РУз из зарубежных стран. Практически каждый день из различных городов мира самолетами национальной авиакомпании доставлялось по несколько сотен человек, которые сразу же помещались на 14-дневный карантин.
 
Однако уже в июле ситуация резко стала меняться в худшую сторону. Значительно возросли (до нескольких сотен) показатели ежедневного прироста заболевших коронавирусной инфекцией, увеличилось и количество летальных исходов. Если информация о 20-й жертве коронавируса в республике появилась лишь 25 июня (притом что карантин длился с середины марта), то к 20 июля число смертельных случаев достигло уже 90 человек, в среднем – больше трех летальных исходов в сутки. Как показала практика, система разделения страны на цветные зоны себя не совсем оправдала, тем более что население все больше стало игнорировать профилактические и противоэпидемические мероприятия. Не оправдались ожидания и на жаркую погоду, которую ранее многие эксперты относили к фактору снижения вирулентности коронавируса. В итоге Специальная республиканская комиссия по борьбе с COVID-19 решила вернуться к жестким ограничительным мерам.
 
С 10 июля в республике вновь было приостановлено внутреннее авиа- и железнодорожное сообщение, прекращена работа вещевых рынков, крупных торговых точек, запрещены свадьбы и прочие увеселительные мероприятия, закрыты фитнес-центры, детские сады и лагеря. Общепит снова стал работать исключительно на доставку. Опять государственные органы и организации были частично переведены на удаленный режим работы. Пожилым людям велели не выходить из дома. На личном авто в городах теперь можно передвигаться только по будням и всего шесть часов в сутки, кроме машин, принадлежащих производителям продуктов питания и сельскохозяйственной продукции. Ограничения первоначально установили до 1 августа, а потом продлили до 15 августа.
 
Резкое ухудшение эпидемиологической ситуации стало предметом серьезного разбирательства со стороны главы государства с правительством, главами регионов и Специальной республиканской комиссией по борьбе с COVID-19. На одном из совещаний президент Ш.  Мирзиёев подверг резкой критике Минздрав РУз, заявив, что ведомство в последний месяц нарушило стратегию и тактику лечения коронавируса, а лечебная практика не менялась исходя из складывающейся ситуации. В республике не хватает тестов и необходимых лекарственных средств, в аптеках цены на противовирусные и жаропонижающие препараты завысили в несколько раз.
 
В Ташкенте и Ташкентской области, по словам президента, «хокимы и руководители секторов не изучили и не вникли в реальное положение дел, не владеют реальной ситуацией в медицинских учреждениях» и не ощущают в полной мере ответственность за предупреждение и защиту населения от вируса, за своевременное и надлежащее лечение пациентов». В итоге за «ненадлежащую организацию работы по предотвращению распространения коронавируса» министр здравоохранения РУз Алишер Шадманов и хоким Ташкента Джахонгир Артыкходжаев получили от главы государства выговоры, а руководители всех секторов столицы и Ташкентской области – строгое предупреждение. Министр здравоохранения через некоторое время в предынфарктном состоянии попал в больницу и его обязанности возложили на одного из вице-премьеров правительства.
 
Между тем среди населения стали наблюдаться панические настроения. Многие люди по-настоящему почувствовали страх перед невидимым врагом. На новостных лентах и в соцсетях все больше стало появляться сообщений о реальном положении дел как в местных больницах, так и системе здравоохранения в целом, не налаженном механизме тестирования, бездействии властей низового и среднего уровня. Работники скорой помощи сообщают о сотнях вызовов, а обычные жители – о переполненных больницах, врачи которых оказались не готовы бороться с COVID-19.
 
Резкой критике подвергаются и специализированные карантинные зоны, в первую очередь «Уртасарай» под Ташкентом, которые в большей степени напоминают пенитенциарные учреждения, чем лечебные заведения. Кроме того, участники обсуждений ставят под сомнение обоснованность и целесообразность очередного введения ограничений.
 
* * *
 
На сегодняшний день ситуация с распространением коронавирусной инфекции продолжает оставаться достаточно сложной. Количество инфицированных превысило 31 тысячу человек. Ежедневный прирост заболевших по республике составляет 600-700 человек, в сутки фиксируется по несколько смертельных исходов. По состоянию на 10 августа на лечении в медучреждениях находились 8373 человека, состояние 378 из них тяжелое, 386 – крайне тяжелое. Число умерших от COVID-19 достигло 200 человек. Среди них есть и представители органов власти – председатель Жокаргы Кенеса (парламента) Каракалпакстана Муса Ерниязов, на похороны которого президент РУз лично вылетал в Нукус, заместитель министра финансов Эркин Турсунов, а также ряд чиновников республиканского и областного звена. Многие руководители заболели и попали в лечебные заведения, в том числе и глава Государственной инспекции санитарно-эпидемиологического надзора при правительстве Нурмат Отабеков.
 
Нет ясности, отменят ли власти после 15 августа жесткие ограничительные меры, или карантин продлят до 1 сентября. По крайней мере, пока только известно, что вступительные экзамены в вузы республики перенесены с августа на начало сентября и пройдут они в течение 12-14 дней на открытых центральных стадионах Ташкента и областных центров, а старшекурсники начнут учебный год в дистанционном режиме.
 
"Ритм Евразии"
Олег СТОЛПОВСКИЙ
12.08.20

Другие материалы раздела:
Комментарии
автомобили в кыргызстане


Публикации Авторов:

18.09.2020
"Nezavisimaya gazeta"
Туркменистан избавляется от русского языка

16.09.2020
V.Panfilova, NG
Ашхабад предлагает Кабулу площадку для мирных переговоров

15.09.2020
"Kabar.kg"
Кыргызстан суверенное государство - остальное это говорильня

15.09.2020
"Ritm EurAsia"
На территории ЕАЭС введут систему полной прослеживаемости товаров

14.09.2020
"IA-Center"
Будущее Казахстана в Беларусском зеркале

14.09.2020
V.Panfilova, NG
Кыргызстану угрожает рост протестных настроений после выборов

11.09.2020
E.Pogrebnyak, Vzd
«Белорусский майдан» созревает в еще одном осколке СССР

09.09.2020
"Ritmeurasia"
Узбекистан пересмотрел свое отношение к ЕАЭС

07.09.2020
"Ritmeurasia"
Президент Кыргызстана не стал подписывать закон, где говорится о коррупционерах

04.09.2020
"Ritmeurasia"
ЕЭК изучит ситуацию по прекращению Казахстаном поставок металлического лома в Россию

03.09.2020
"Eurasianet"
Китай, возможно, хочет открыть новые военные базы в Таджикистане, утверждает Пентагон

02.09.2020
"Nezavisimaya gazeta"
Бердымухамедову предлагают уйти по-хорошему

01.09.2020
G.Alekseenko (Afganistan.ru)
Центральная Азия стала спасательным кругом для мирных афганцев

01.09.2020
V.Panfilova, NG
Страны бывшего СССР создают новый консультативный альянс – без России

30.08.2020
"Gazeta.uz"
«Накинули на голову мешок и забрали на вертолете» — отец блогера из Соха

28.08.2020
K.Mami, NG
Казахстанский конституционализм: опыт и перспективы

Все материалы раздела

Самые комментируемые

Комментариев еще нет За послед. 7 дней