Астана даже на неприоритетных направлениях добивается максимально возможных выгод
понедельник, 6 ноября 2017 г. 11:07:53
Прагматизм, переходящий в непредсказуемость решений и действий, дальновидность, решительность и инициативность как неотъемлемая часть стратегии линейного развития, открытость на переговорных площадках, за которой стоит твердое понимание национальных интересов, независимость и нейтралитет – внутренний и внешний – таковы особенности политической конструкции Назарбаева, олицетворяющего неоазиатскую модель Казахстанского государства. Выступивший идейным донором международного института – Организации исламского сотрудничества (ОИС) - Нурсултан Назарбаев, похоже, обеспечит условия для технологического прорыва своей стране – это наблюдение стало отправной точкой интервью «Ритму Евразии» кандидата философских наук, научного сотрудника Института современных исследований Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилёва (Астана)  Габита Конусова.
 
 
Декларация и конъюнктура Евразии
 
– Нурсултаном Назарбаевым на прошедшем в Астане в сентябре с.г. саммите по науке и инновационным технологиям предложен переход на инновационное развитие стран Организации исламского сотрудничества, куда входят 57 государств с разным уровнем развития. Насколько реальны его реализация и интегрированный подъём в условиях политической и экономической конкуренции между регионами ОИС?
 
– Да, действительно, мы можем наблюдать за противоречиями и порой острыми конфликтами между странами. К давнему соперничеству между Саудовской Аравией и Ираном прибавился конфликт вокруг Катара, список при желании можно продолжить. Уместно обратить внимание на декларацию, которую по итогам саммита подписали все делегации. Она не упоминает проблем дипломатического характера, существующих в отношениях между странами, которые образуют блок ОИС. Вместе с тем декларация признает наличие общих проблем и вызовов, призывает к их совместному решению и рекомендует совместные шаги по их преодолению.
 
Немаловажный фактор для исламского мира – признание в документе ОИС необходимости развития образования, науки и технологий в интересах преодоления нависающих вызовов, что еще раз подтверждает стремление к получению и популяризации знаний, а это один из приоритетов ОИС с момента ее основания. В Астанинской декларации отдельным пунктом упоминается доступность образования для женщин, что также актуально для развивающихся мусульманских стран.
 
С другой стороны, нужно признать, что лидирующими государствами-участницами ОИС реализуются масштабные образовательные программы и проекты. Так, по инициативе и при финансовой поддержке правящей в эмирате Дубай семьи аль-Мактум создан фонд размером в 10 млрд. долларов по преодолению неграмотности и научно-технического отставания арабских стран. Примеров государственных и частных инициатив очень много, вопрос, скорее, в эффективности государственной политики в области науки, технологии и инноваций. Как ответ на реальные проблемы декларация подтверждает стремление к более тесному сотрудничеству, обмену практиками и трансферту технологий.
 
В этом контексте Астанинский саммит стал площадкой, где соперники смогли найти точки взаимного понимания и выработать пути для совместного решения стоящих перед ними проблем.
 
Кому развивать исламскую экономику?
 
– В принятой в Астане декларации ни слова не сказано о внедрении принципов исламской экономической системы и банкинга – строго социально ориентированных, основанных на принципах справедливости и равенства в экономике. Как бы вы это прокомментировали?
 
– Не думаю, что буду оригинален в ответе. В любых больших и долгосрочных проектах для их успеха нужна максимальная открытость. Саммит, где встретились откровенно конфликтующие страны, показывает, что открытость повышает доверие и, соответственно, повышает шансы на успех предприятия.
 
К слову, то же самое демонстрирует и евразийский проект. Все его участники четко знают свои выгоды и то, что придется отстаивать на переговорах.
 
– Предложение Назарбаева о необходимости технологического прорыва говорит о заинтересованности Казахстана в таком пути развития. Что делается в РК по модернизации экономики?
 
– Я думаю, что в этом предложении, прежде всего, выражено желание сделать лучше ту часть мира, которую называют Казахстаном. Безусловно, саммит ОИС в Астане еще раз подтвердил, что стремление к модернизации страны – долговременный приоритет руководства РК.
 
Для достижения этой цели реализуется целый пакет реформ, в их числе и перезагрузка политической модели, суть которой –  делегирование части полномочий президента правительству и парламенту. Осуществляется программа «Рухани Жаңғыру» по модернизации общественного сознания, призванная дать новый импульс развитию гуманитарных и общественных наук в стране. То есть стремление к построению инновационной рыночной экономики в РК подкреплено и другими реформами.
 
– Общество поддерживает реформы в экономике?
 
– Согласно мнению казахстанских экономистов, необходимость перезагрузки экономической модели давно назрела, и период высоких цен на сырье лишь оттянул решение насущных проблем в этой области. Да и политическое руководство, судя по программным документам и практическим шагам, готово проводить в жизнь реформы.
 
С социокультурным аспектом реформ немного сложней. Необходимо терпеливо и понятно доводить до общества достоверную информацию о реформах, реагировать на замечания и возражения и по возможности их учитывать, если хотим повлиять на качество социальных реформ.
 
Переводы из РФ, инвестиции из Китая,
налаженные отношения с Турцией
 
– Внедрение высоких технологий, роботизация производства в реальном секторе неизбежно приведут к сжатию рынка труда в демографически успешном регионе. При этом никто не гарантирует равномерности дальнейшего развития стран Центральной Азии. Какие вы видите механизмы и инструменты безопасного технологического прогресса в Евразии?
 
– Чтобы ответить на вопрос, потребуется обратить внимание на состав участников саммита ОИС. Ни одна из стран-членов не является мировым лидером в области высоких технологий и инноваций. Есть отдельные успехи и прорывы, но даже самые передовые из них по мировым меркам – крепкие середняки. Поэтому сотрудничество между ними не будет увеличивать разрыв, скорее наоборот, – будет помогать явным аутсайдерам побыстрей наверстать упущенное. А тем странам, которые лидируют в определенных областях, кооперация поможет коммерциализировать свои наработки. Тем самым можно надеяться, что межстрановой разрыв будет постепенно преодолеваться.
 
Вместе с тем есть риск сокращения спроса на рабочую силу под прямым воздействием новых технологий. Как видно из опыта развитых стран, высвобождение рабочих рук из индустриального сектора не всегда приводит к созданию новых рабочих мест в других секторах. В этой связи мне приходит на ум ответ моего старшего коллеги Б. Курмансеита, ответ на аналогичный вопрос: «Производство Лэнд Крузеров в Японии сократилось вдвое, как только снизились цены на энергоносители. Жители стран Персидского Залива стали меньше их покупать». То есть успешность развивающихся стран прямо и непосредственно сказывается и на более отдаленных странах.
 
Насколько могу судить, в Центральной Азии только два государства остро нуждаются в экономической помощи – Таджикистан и Киргизия. Для Узбекистана, Казахстана и Туркмении вопрос стоит несколько иначе. Эти страны интересуют, прежде всего, доступ на рынки, развитие транзитных возможностей и инвестиции в их экономики.
 
При этом для всех пяти государств ЦА характерен примерно один и тот же список крупнейших партнеров во внешней торговле и инвестициях. В первую очередь это ЕС, Китай и Россия. Как правило, ЕС – крупнейший торговый партнёр, туда уходит большая часть экспортного сырья, оттуда поступают машины, оборудование и предметы престижного потребления.
 
В то же время Китай в последнее десятилетие стал крупнейшим инвестором и кредитует в основном крупные инфраструктурные проекты – Камчикский тоннель и железнодорожную ветку Ангрен – Пап в Узбекистане, которые соединили между собой столицу и три области страны, находящиеся в Ферганской долине.
 
Мне представляется, что в этом процессе нет какого-то одного руководителя или даже центра. Это, скорее, поток, в который можно влиться, а прошедший саммит и есть такая попытка. Но можно стоять и в стороне, и таких примеров тоже достаточно. Однако идти в противоход ему будет сложно, если вообще возможно.
 
Вместе с тем Россия остается страной, из которой поступает львиная доля денежных переводов от работающих за рубежом граждан стран Центральной Азии. Миллионы семей в Таджикистане, Узбекистане и Киргизии непосредственно зависят от заработков в России. Для всех стран региона Россия остается важнейшим транзитным коридором. Через неё проходят газо- и нефтепроводы, провозятся товары по автомобильным и железным дорогам. Выпадение какого-то одного из этих направлений внешнеэкономического сотрудничества два остальных не компенсируют. Руководство стран Центральной Азии прекрасно это понимает, поэтому дорожит и ценит отношения со всеми основными партнерами.
 
Следует добавить, что отношения с мусульманским миром остаются хоть и очень перспективным, но сопряженным с рисками направлением. Среди мусульманских стран, пожалуй, только Турция смогла добиться определенных успехов в деле налаживания отношений со странами Центральной Азии.
 
Иными словами, в ЦА сложилось определенное равновесие. Да, оно динамичное. Свидетельством чего является бурный рост китайских инвестиций. Но на юге и юго-западе от Центральной Азии нет второго Китая. К тому же ни одна из стран в Юго-Западной Азии не рассматривает центральноазиатское направление как основное во внешней политике.
 
Многомерный Назарбаев
 
– Казахстан преуспевает в экономических процессах. По открытым данным, Исламский банк реконструкции и развития инвестировал в сектора его экономики порядка $1,2 млрд. РК первым в ЕАЭС ввёл платформу беспроцентного исламского банкинга, создав условия рынка «Халяль». В 2016 г. приток прямых иностранных инвестиций составил $20,6 млрд. против $14,8 млрд. по итогам 2015 г. Отражается ли высокий уровень инвестиций в казахстанскую экономику на жизни простых граждан РК? Мне известен один фрагмент из казахстанского быта: жители пограничных с Ошской областью Кыргызстана территорий выезжают в соседнее государство на закупки продуктов питания в силу ценовой их доступности и качества.
 
 – Что касается инвестиций со стороны Исламского банка реконструкции и развития, то они поступают для решения важнейших инфраструктурных проектов, таких как транспорт, и вносят важный вклад в развитие страны. К тому же они возвратные, Казахстан постепенно будет возвращать эти средства на комфортных условиях.
 
Говоря об уровне жизни простых казахстанцев, нередко сравнивают его с уровнем в сопредельных Узбекистане, Туркменистане и Киргизии. Но руководство страны, и в официальных заявлениях это отражено, предлагает обществу стоять вровень с высокоразвитыми странами, а не равняться с соседями, имеющими более скромные доходы.
 
Это позволяет стране и руководству не почивать на лаврах, а упорно и последовательно работать над повышением благосостояния казахстанцев. Взаимные связи между жителями приграничных территорий интенсивны и имеют тенденцию к дальнейшему росту. И то, что казахстанцы едут на шопинг за границу – это один из показателей таких контактов. Помимо этого по обе стороны границ живут родственники, давние друзья и коллеги, бизнес-партнеры. Весь этот многоуровневый переток только помогает во взаимообогащении культур.
 
– «Особость» политической линии Казахстана подтверждается в чувствительной для каждого государства сфере безопасности. Позвольте спросить о мотивах прагматичной (с несколькими стандартами) политики казахстанского президента? Похоже, тактику разделения экономики и политики как драйверов развития политик Назарбаев перенимает у президента Турции?
 
– Полностью с вами согласен. Казахстан действительно проводит прагматичную внешнюю политику. Одним из важнейших ее аспектов является стимулирование экономического сотрудничества. И в этой связи актуальными вопросами выступают стимулирование экспорта, инвестиции, как частные, так и институциональные, не менее важным аспектом в этой связи выступает международный туризм. Иными словами, Астана даже на неприоритетных для себя направлениях стремится к максимально возможным выгодам. И в приоритетном для нее евразийском проекте, судя по официальным отчетам, дела идут не менее успешно.
 
Еще одно дополнение. Мне очень приятно, что события в нашей стране вызывают живой интерес в России. Они, возможно, не так масштабны и не затрагивают напрямую россиян. Но они дают возможность заявить небольшим странам, как Казахстан, о своем видении и понимании миропорядка и своем месте в происходящих глобальных процессах интеграции. 
 
"Ритм Евразии"
Светлана МАМИЙ 
04.11.17

facebook    Twitter    Twitter    Twitter
Другие материалы раздела:
Комментарии
audi


Публикации Авторов:

21.11.2017
A.Polubota (SP)
Друзья Путина переругались, не поделив границу и деньги

21.11.2017
"Rusrand.ru"
На «узбекские грабли». Чем закончится переход Казахстана на латиницу?

20.11.2017
"Afghanistan"
Теракты против оппозиции: Кабулу угрожают новые политические альянсы

19.11.2017
"RBK"
Глава Кыргызстана за неделю до ухода разорвал шесть соглашений с Казахстаном

15.11.2017
V.Panfilova (NG)
Афганские проекты требуют гарантий безопасности

15.11.2017
"Vzglyad.az"
ИГИЛ: Путь из Сирии в Центральную Азию?

14.11.2017
V.Panfilova (NG)
Узбекистан перезапускает Центральную Азию

13.11.2017
D.Tolobekov (Sodrujestvo)
Внеочередным парламентским выборам в Кыргызстане быть!

08.11.2017
V.Panfilova (NG)
Астана увлеклась статистической эквилибристикой

02.11.2017
V.Panfilova (NG)
Кыргызстан идет по пути Польши и Молдавии

01.11.2017
I.Subbotin (Afghanitsan.ru)
Почему Россию винят в поддержке «Талибана»

01.11.2017
"DsNews"
Железо Шелкового пути. Как Китай обирает у России Центральную Азию

31.10.2017
V.Panfilova (NG)
Атамбаев может похоронить Евразийский экономический союз

30.10.2017
"Kazinform"
Таможенный кодекс ЕАЭС урегулирует вопросы с перемещением товаров на границе - российский депутат

Все материалы раздела