Изменения климата в Центральной Азии: каковы последствия?
вторник, 29 ноября 2016 г. 11:21:05
Бенжамин Орлов – профессор Колумбийского университета и член рабочей группы научно-исследовательского института горных сообществ Университета Центральной Азии, надеется на рациональность управления в странах Центральной Азии. Перед лицом значительных негативных последствий изменения климата они должны принять более эффективный подход в управлении водными ресурсами, тем более, что для этого имеются широкие возможности и многочисленные примеры.
 
По данным Всемирного банка, страны Центральной Азии могут столкнуться с большой вероятностью того, что в регионе произойдет более значительное потепление, чем в среднем по всему миру: к примеру, если в мире произойдет потепление на 4°C, средняя годовая температура в Центральной Азии к концу 21-го века поднимется на 7°C по сравнению с периодом с 1951 по 1980 гг. (а по сравнению с мировым показателем повышение достигнет 3 °C). Так что же подобный скачок температур означает для самого региона Центральной Азии? И какие последствия ожидаются для постсоветских республик?  
 
В целом, потепление происходит по всему миру, но отдельные участки земли нагреваются с различной скоростью. Высокая температура в ЦА имеет несколько последствий. Первое — влияние высоких температур на водные ресурсы. Уровень воды в водоемах снизится по причине ускоренного испарения воды при более высоких температурах. Таяние ледников приведет к снижению количества воды. Второе — под давлением окажется растительный мир, который нуждаются в большем количестве воды. По мере повышения температуры объем потребляемой растениями воды повышается. Все, что орошается, также нуждается в большем объеме воды. Третье – в  регионе произойдет смещение полосы растительности вверх, т.к. растения станут расти на тех участках, на которых будет наиболее подходящая температура для них. Таким образом, пустыни, которые являются самыми низовыми областями в ЦА, поднимутся вверх, то же самое произойдет и с луговыми участками. Леса станут перемещаться вверх к более высоким частям гор.
 
Подобная связь между водой, температурой и растительностью имеет большое значение для жизнедеятельности и экономической активности. Также все это важно с точки зрения жизнеспособности человека и условий для его жизни, т.к. при жарком лете растения и деревья играют важную роль в охлаждении воздуха и предоставлении тени.  В больших и маленьких городах, а также в сельских районах деревья – обычное явление. Рост температуры окажет давление на растения природных и культурных ландшафтов.
 
И четвертое — при более высокой температуре ожидается ухудшение здоровья, в особенности это касается тепловых волн, которые в последние десятилетия наблюдаются по всей Азии и Европе. Тепловые волны окажут влияние на людей со слабым здоровьем, в частности, на детей и пожилых людей.
 
Каково влияние высокой температуры на сельское хозяйство? Можете привести пример?
 
Ярким примером является выращивание фруктовых садов, которые станут давать меньшие урожаи, т.к. деревья страдают от повышения температуры. Деревья станут использовать больше энергии для того, чтобы листья не опадали, и станут давать меньше плодов. Количество производимой молочной продукции снизится из-за того, что животные также будут страдать от жары. Вода нужна для поддержания должной температуры тела у животного или человека, и неважно, говорим мы о потоотделении или о выдыхаемом паре.
 
Очевидно, что мы имеем в виду жизнь в горах. Но как насчет стран ЦА, расположенных вниз по течению реки?
 
Водные ресурсы имеют большое значение для газовой и нефтяной промышленности в Казахстане и Туркменистане. Также они важны для Узбекистана, в котором крупная хлопковая отрасль играет важную роль в экономике. Исторически сложилось так, что было слабое управление при распределении воды в обеих странах. В период существования СССР господствовал принцип центрального планирования, на несколько лет вперед, а также массовое производство. Такой подход неприспособлен к нестабильному водоснабжению, которое необходимо решать на ежегодной основе.
 
Предполагается, что изначально в ЦА воды всегда было достаточно, это мнение уже укоренилось в сознании людей. Но в регионе переход к частной собственности осуществлялся недостаточно прозрачно, управление диктовалось политическими целями, а не факторами рационального использования природных ресурсов. Но на самом деле есть надежда, что понимание последствий, связанных с изменением климата, а также рыночная конкуренция заставят страны, расположенные вниз по течению, принять более эффективный подход в управлении водными ресурсами. На самом деле есть многочисленные возможности для улучшения распределения водных ресурсов и управления.
 
Каков Ваш прогноз относительно густонаселенной Ферганской долины?
 
В долине произойдет снижение уровня урожайности на орошаемой территории, где выращиваются хлопок и овощи. Высокая температура напрямую повлияет на снижение производства и может вызвать нашествие вредителей, т.к. растения ослаблены в жару и неспособны применять свою естественную защиту. Очень вероятно, что популяции насекомых будут процветать при более высокой температуре. Тем не менее, климатические изменения создают возможность для отбора улучшенных методов орошения, а также для перехода на жароустойчивые культуры и сорта сельскохозяйственных культур.
 
Например, вместо картофеля можно будет выращивать перец. Что касается хлопка, то потребуется радикальный переход на многолетнюю разновидность хлопчатника, который замечательно растет при более высокой температуре. Это специальная культура хлопка, которая нуждается в меньшем поливе. Рыночная стоимость ее выше обычного. Многолетние культуры хлопка обычно растут на уровне моря в экваториальной зоне (в таких странах, как Перу). Поэтому существует вероятность перехода хлопчатобумажной промышленности Узбекистана к типу хлопка, который может расти в условиях температур, встречающихся в пустыне.
 
В данном случае мы говорим о росте температуры в ЦА до 4°C? 
 
Повышение уровня моря не должно затронуть ЦА. Тем не менее, оно окажет значительное влияние на мировые финансовые центры, которые расположены в прибрежных городах, к которым относятся Нью-Йорк и Лондон. Пока неясно, какой конкретно эффект будет оказан на мировую экономику. Я не говорю об апокалипсисе, но повышение температуры на 4°C приведет к огромным изменениям, которые произойдут по всему миру. В ЦА период аномально жаркой погоды станет более продолжительным. Летом в Ферганской долине температура достигает 40°C, а сезонные изменения могут начаться за месяц или два ранее или позже, и результатом этого станет резкий скачок температуры в районе от 40 до 45°C. В связи с этим в короткий промежуток времени растения и деревья будут подвергаться большему стрессу, и это приведет к их гибели.  В результате, мы окажемся свидетелями изменения ландшафта.
 
Приведу пример: в Саудовской Аравии и странах Персидского залива высокая температура. Также эти страны обладают большими запасами воды, которыми они могут управлять, т.к., в свою очередь, являются нефтедобытчиками. У них достаточно денег и нефти для того, чтобы заниматься опреснением воды, которое позволяет получить доступ к грунтовым водам. Эти страны полностью субсидируют сельское хозяйство. В Саудовской Аравии выращивается пшеница, есть молочные фермы – все это страны могут себе позволить. Тем не менее, возможно, из-за роста температуры им придется сделать приоритетным потребление воды для городских нужд, нежели для нужд сельского хозяйства. Возможно, наступит время, когда орошение сельского хозяйства покажется им роскошью. В связи с большой потребностью воды для внутреннего использования орошаемое сельское хозяйство невозможно будет сохранить. Подобная аналогия можно будет провести и со странами бассейна реки Сыр-Дарья, где городские и внутренние водные ресурсы окажутся в приоритете. Такой переход может быть более тяжелым, т.к. регион не настолько богат, насколько богаты Саудовская Аравия и страны Персидского залива.
 
Какова Ваша оценка способности адаптироваться к климатическим изменениям в ЦА? К каким действиям может привести адаптационная стратегия? Каковы варианты для густонаселенной Ферганской долины?
 
В Центральной Азии положительные элементы способности адаптироваться включают в себя: высокий уровень грамотности и образования, большая приверженность жителей региону, а также некоторая осведомленность общества из-за миграции. Известно, что мигранты способствуют устойчивости региона во время крайней нужды и стихийных бедствий. Мы наблюдали это на Гаити после урагана Мэтью и после прошлогоднего землетрясения, произошедшего  в Непале. Тогда мигранты объединили усилия по отправке больших средств своим родным и друзьям, которые остались на родине. Если в ЦА произойдет глобальное потепление, то мигранты узнают об этом и увеличат денежные переводы домой.
 
Но есть и ограничения — отсутствие прозрачности и открытости местных правительств, отсутствие свободных СМИ и коммуникаций, а также отсутствие широкого гражданского диалога. Помимо этого, сложность пограничных споров в Ферганской долине создает напряженность по национальным и этническим линиям, что может помешать эффективному управлению водными ресурсами. Все данные предпосылки могут препятствовать поиску решений по приспособлению к изменениям климата. В связи с опасениями, связанными с воздействием изменения климата, все это действительно создает проблему для жителей ЦА.
 
Но есть и позитивные примеры в других странах. Река Иордан – пример того, как страны сотрудничают в вопросе управления водными ресурсами. Существует много аналогий между Мертвым морем на Ближнем Востоке и Аральским морем в ЦА. Так же, как и в случае с Аральским морем, которое пострадало от неумелого управления водными ресурсами бассейнов Амударьи и Сырдарьи, Мертвое море сталкивается с риском истощения при водоотборе из Иордана. Несмотря на это, есть хорошие новости: налажено сотрудничество между Иорданией, Израилем и Палестиной с некоторым участием Ливана и Сирии. Оно продолжается уже 60 лет с разработкой единого плана развития водных ресурсов Иорданской долины в середине 1950-х гг. Агентства, которые занимаются планированием использования водных ресурсов в вышеуказанных странах, разрабатывают план, пункты которого соблюдаются всеми участниками. Страны не делят воду поровну, но постоянно встречаются с целью обсуждения распределения воды. Сами израильтяне, иорданцы и палестинцы понимают, что необходимо находить общее решение. Таким образом, среди стран, которые до сих пор спорят по границам и имеют сложные отношения, по вопросу воду, однако, существует консенсус. Три страны понимают нужды друг друга. Я не говорю о том, что это гармоничный процесс, но, по крайней мере, все это ведет к некоторому виду планирования.
 
И вопрос будет заключаться в том, что необходимо сделать для того, чтобы улучшить распределение водных ресурсов между Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном. Думаю, что процесс поиска решений в Ферганской долине будет медленным, и некоторые неудачи будут связаны с преемственностью управления. Например, некоторые чиновники министерств в Израиле, Иордании и Палестине меняются относительно редко. Но в странах ЦА реорганизация министерств и смена сотрудников происходит чаще. Вы можете посмотреть на примеры международного сотрудничества по вопросам водных ресурсов между странами конфликтующих бассейнов и посмотреть на состав комитетов, которые занимаются обсуждением вопросов о распределении воды. В состав этих комитетов входят министерства, академические круги, гражданское общество и представители бизнес-сообществ. Первый шаг сделать легко, а он потянет за собой следующие. Можно начать с обсуждения ряда данных о водных ресурсах стран. У стран, находящихся вверх по течению, есть данные контрольно-измерительных приборов, эту информацию хотели бы получить страны, расположенные вниз по течению. И процесс обмена данными в ЦА может занять десятилетия.
 
Вы верите в то, что в ЦА существуют все предпосылки для водного конфликта?
 
В Орегонском университете есть база данных по водоразделам, которая была создана под управлением профессора Аарона Вольфа. Он утверждает, что мир (еще) не сталкивался с войнами за воду. Есть определенные трения, но обычно путем переговоров достигаются какие-то решения. Когда я думаю об Азии, я думаю, что по сравнению с ЦА проблемы водных ресурсов сложнее в Гималаях, Каракоруме и Гиндукуше. Реки, которые протекают из Индии в Пакистан, — объект напряжения, и давайте не забывать о том, что эти страны — обе ядерные державы — уже несколько раз воевали между собой.
 
Во всем мире мы видим напряжение. В частности, страны, расположенные вниз по течению, выражают свою озабоченность, когда страны, находящиеся вверх по течению, строят ГЭС. Так, например, строительство новых ГЭС в бассейне Нила в Эфиопии создало огромную проблему для египтян. Сирия и Ирак постоянно враждуют с Турцией из-за турецких ГЭС, построенных на реках Тигр и Евфрат. Несмотря на это, в настоящее время эти конфликты существуют больше на дипломатическом уровне. Я надеюсь, что подобная модель будет применена и в ЦА. Я не хочу зря надеяться, но и не хочу отчаиваться. Я не могу отвечать на вопросы о переговорах между центральноазиатскими странами, т.к. это ответственность региональных властей, но т.к. мы разговариваем, я понимаю, что даже данные об осадках могут быть полезными для гидрологических моделей, которые смогут спрогнозировать речной сток. Поэтому, возможно, странам следовало бы координировать свои метеорологические службы под эгидой глобальной программы, к которой относится Всемирная метеорологическая организация. Это один момент, где вы можете провести сравнение данных. Позиции Кыргызстана и Таджикистана не намного слабее, чем в бассейне Нила, где Египет намного сильнее Эфиопии и других приграничных стран, расположенных вверх по течению реки.
 
После знакомства с научными исследованиями можно предположить, что повышение температуры приведет к опустошению в виде засухи и нехватки воды в странах, расположенных вниз по течению (Узбекистан, Туркменистан и Казахстан), а Кыргызстан и Таджикистан, которые находятся вверх по течению, столкнутся с такими природными катаклизмами, как наводнения и оползни. Что необходимо предпринять в регионе для того, чтобы минимизировать подобный отрицательный эффект?
 
Существует сочетание подобных неблагоприятных факторов в странах, расположенных вверх и вниз по течению реки. Наиболее заметны природные катаклизмы в Кыргызстане и Таджикистане. Что касается отрицательных эффектов в ЦА, я хочу отметить опасность прорыва ледниковых озер (ПЛО) в этих странах. Примером управления рисков ПЛО для ЦА может стать Непал и Перу. В этих странах были установлены приборы для мониторинга наиболее опасных ледниковых озер посредством дистанционного обследования и снимков со спутника. Непал и Перу уже установили системы раннего оповещения в опасных районах. Были вложены средства в обучение местного населения для того, чтобы сами жители могли принимать участие в процессе разработки путей эвакуации.
 
Помимо этого, в Кыргызстане и Таджикистане под воздействием окажутся леса и пастбища, что, в свою очередь, окажет влияние на экономику. Последствием снижения растительности в горных районах станет увеличение оползней, которые будут происходить и в низовье. Тем не менее, в ЦА мы уже начали наблюдать песчаные бури, содержащие частицы соли, которые ветер выметает с засохшего дна Аральского моря.
 
В перспективе полезен пример Калифорнии, где на управление водными ресурсами повлиял ветер, который поднимал незащищенные отложения со дна соленого озера.  На юге штата было озеро Оуэнс, которое было признано как источник загрязнения воздуха. Избыточное использование жителями вверх по течению воды из реки Оуэнс сократило уровень притока воды и, следовательно, обнажило соленое дно озера, в связи с чем Комитет охраны водных ресурсов и воздушного бассейна штата Калифорния объявил ирригационные сооружения на реке Оуэнс источником загрязнения воздуха. Таким образом, в рамках закона о качестве воздуха штата Калифорния был урегулирован вопрос, касающийся водных ресурсов.
 
Другой пример касается Йемена. Страна – относительно сухая, грунтовые воды облагаются большими налогами. В г. Сана (столица Йемена) вода – дефицит. Дефицит воды сильно влияет на уровень благоустроенности. У жителей города не хватает питьевой воды, также им не хватает воды для приготовления пищи, санитарии и всего остального. В итоге дефицит воды сказывается на здоровье населения. Детская смертность растет, потому что люди стали использовать загрязненную воду. Отрицательное воздействие оказывается на женщин, которые постоянно вынуждены набирать и переносить воду. Пример Йемена показывает то, как дефицит воды влияет на экономическое развитие и здоровье человека.
 
Страны, расположенные вниз по течению, могут столкнуться с тем, что уровень дефицита воды возрастет, а сами они останутся неэффективными водопользователями. Изменит ли подобная угроза их потребление воды тогда, как в таких государствах, как Туркменистан и Узбекистан остаются проблемы прозрачности управления? Сложно ответить на этот вопрос, но интересно, станут ли люди более рациональными, когда будет затронут вопрос потребления воды. Весьма вероятно, что мы столкнемся с улучшенным управлением в городах, а не в сельскохозяйственной промышленности, т.к. обычно цены на воду в сельском хозяйстве искусственно занижены.
 
В городах спрос выше из-за количества населения. В Бразилии, например, один г. Форталеза смог улучшить распределение воды в муниципальной системе. Возможно, мы увидим, что немедленные усилия будут предприняты со стороны местных муниципалитетов, а не со стороны национальных правительств.
 
Как Кыргызстан и Таджикистан могут спасти ледники от быстрого таяния?
 
В данной ситуации очень мало можно сделать, так как повышение температуры происходит по всему миру. Обе страны могут присоединиться к другим странам для снижения стремительного роста уровня выбросов парниковых газов. Также они могли бы присоединиться к декларациям других стран, на территории которых есть ледники, таких как Бутан, Непал, Перу, Чили и другие. Например, маленькие островные государства могут много потерять вследствие повышения уровня моря. Поэтому они лоббируют данный вопрос с целью привлечения внимания всего мира к данной проблеме. И решением проблемы повышения уровня моря является снижение уровня выбросов парниковых газов.
 
В таком случае, страны, на территории которых есть ледники, могут использовать этот же принцип. Они могут привлечь процветающие страны, такие как Норвегия, Исландия, Австрия, Швейцария и Новая Зеландия, которые сталкиваются с пагубным воздействием отступания ледников. Таким образом, богатые и бедные страны могли бы объединиться для решения неотложного вопроса о выбросах парниковых газов.
 
Есть и другое решение, которое связано с полной зависимостью от угля в Кыргызстане и Таджикистане. Использование угля приводит к тому, что в Кыргызстане и Таджикистане образуется копоть, которая загрязняет воздух, например, в Бишкеке. Заметно, что в Бишкеке воздух сильно загрязнен из-за этого. Некоторую часть копоти ветер уносит на ледники. Каков процент копоти в Бишкеке, я не знаю. В Гималаях было проведено много исследований, которые демонстрируют влияние неэффективного использования угля, дизельного топлива и биотоплива. В Индии отрицательное воздействие источников копоти было зафиксировано в ледниках Гималаев.
 
Наблюдается ли похожее влияние в ЦА? Если есть доказательства того, что сажа оседает на горы Тянь-Шаня и Памира, то их можно будет получить с помощью исследования. Тем не менее, даже если мы уберем источники копоти в этом регионе, это составит только около 10 процентов влияния на таяние ледников по всему миру. Кыргызстан и Таджикистан могли бы сделать больше для подтверждения последствий ускоренного таяния ледников для того, чтобы получить инновационную помощь в адаптации и финансирование, которые можно получить от фондов зеленого климата и других мировых организаций, которые занимаются адаптацией и ведут разъяснительную работу по всему миру.
 
В СМИ была информация о том, что есть меры по спасению ледников от таяния, где ледники покрываются специальной пленкой, которая предотвращает их нагревание. Вы верите в то, что подобные меры могут помочь?
 
Я бы сказал, что нет. В Швейцарии есть несколько мест, где региональные организации накрыли ледники пленкой для того, чтобы ледники восстановились за зиму. Этот метод дорогой, медленный и не приносит больших изменений. Хотя он может иметь локальный эффект. Невозможно будет установить огромные навесы над Тянь-Шанем и горами Памира.
 
Вы верите в то, что Аральское море можно восстановить? Или момент упущен?
 
Я не знаком с тысячелетней историей Аральского моря. Недавний спад – это всего лишь короткий период для этого озера. Думаю, что в какое-то время оно увеличивается, а в какое-то уменьшается. В прошлом погода не была статичной. Она была непостоянной. Я бы не стал исключать возможности того, что море может заново восстановиться. Если в будущем использование воды для нужд человека станет рациональным, возможно, мы увидим, что в Аральское море будет поступать больше воды.
 
Тем не менее, большая неопределенность существует в отношении осадков в ЦА, а не в отношении температуры. Мы знаем, что температура повышается, но мы с наименьшей уверенностью можем говорить об осадках, и прошлым летом на территории ЦА в действительности были очень сильные дожди. Необходимо помнить о том, что  температура и осадки – это две фундаментальных составляющих климата. Мы точно знаем, что Северный Ледовитый океан, который находится на севере России, нагревается, в связи с чем на его поверхности образуется меньше льда. В связи с этим, происходит более сильное испарение, а также изменяется направление и скорость ветра. Приведет ли это к усиленным дождям и влажности в ЦА, которые придут с севера?
 
Метеосистема приходит в ЦА с запада, а метеосистема с севера – нечастое явление. Тем не менее, все может измениться, а может и не меняться. В какой-то мере подобная неопределенность не позволяет все точно спланировать. Возможные изменения имеют значение не только для Аральского моря, но и для речных бассейнов Амударьи и Сырдарьи. Можно ожидать некоторые изменения в осадках.
 
Конечно, Аральское море объективно считается примером плохого управления водными ресурсами. А сейчас его также можно рассматривать в качестве примера негативного воздействия климатических изменений, однако, неопределенность остается. Есть надежда на то, что Аральское море немного восстановится, но нереалистично ожидать, что его уровень восстановится и станет таким же, каким он был в прошлом веке.
 
Что Вы порекомендуете Узбекистану, Таджикистану и Кыргызстану для разрешения споров о разделении воды в Ферганской долине?
 
В первую очередь, хочется надеяться, что страны ЦА приложат все усилия для улучшения системы управления водными ресурсами у себя внутри стран. Для этого потребуется систематический сбор данных и обмен информацией между гидроэнергетикой и сельским хозяйством. Это может улучшить сотрудничество внутри региона. Вопрос состоит в том, лучше разделить управление водными ресурсами Сырдарьи и Амударьи? Или лучше будет применить принцип совместного управления? Этот вопрос может решаться медленно, т.к. проблемы являются насущными. Нужно четко очертить набор проблем и решений, над поиском которых нужно будет работать.
 
Относительный успех управления водными ресурсами на реке Иордан является конструктивным примером, применение которого можно опробовать и в ЦА. Региональные правительства могли бы рассмотреть данный пример и попробовать подобное решение в Ферганской долине.
 
В Центральной Азии наследие централизованного планирования продолжает сохраняться еще с советских времен. Это, в свою очередь, создает ожидания, что решение будет исходить от центральных властей. По сути, с тех пор предпринимались неэффективные шаги для продвижения решений на уровне местного управления. Под подобными решениями я имею в виду местные инициативы по улучшению системы водоснабжения. Возможно, комитеты по управлению водными ресурсами в селах и водоохранные органы в городах смогут предложить примеры, которые переймут и остальные.
 
"CAA Network"
28.11.16

facebook    Twitter    Twitter    Twitter
Другие материалы раздела:
Комментарии
карс kg


Публикации Авторов:

30.03.2017
E.Majitova (Кz.expert)
Куда идет Центральная Азия?

29.03.2017
"Regnum"
Торговля РФ со странами ЕАЭС: «Роль национальных валют растет»

29.03.2017
"Fergahana"
Исламский радикализм в Центральной Азии: так ли страшен черт? Мнения экспертов

29.03.2017
"RIA Novosti"
РФ и Иран готовы расширить сотрудничество в Центральной Азии и Закавказье

28.03.2017
"Dialog.tj"
Военные учения в Таджикистане. Конкуренция или демонстрация силы?

28.03.2017
"Kloop"
Чем дышит Бишкек? Почему воздух в столице Кыргызстана такой плохой?

28.03.2017
G.Mihaylov (NG)
В Кыргызстане недовольных отправляют за решетку

28.03.2017
"Afghanistan.ru"
Азарахш Хафизи: Мы ищем альтернативу пакистанским торговым маршрутам

28.03.2017
V.Panfilova (NG)
От Назарбаева в Баку ждут поддержки по Нагорному Карабаху

28.03.2017
"Podrobno.uz"
Известный британский гастрономический журнал составил топ самых "вкусных" мест Узбекистана

27.03.2017
V.Muhin (NG)
США проявляют военный интерес к Таджикистану

24.03.2017
"Ransh.rf"
Кыргызстан: шах и мат в три хода

22.03.2017
"Chronika Turkmenistana"
Сына президента Бердымухамедова избрали председателем комитета меджлиса по законодательству

22.03.2017
"Zavtra"
Разочарование и гнев

Все материалы раздела